Красноярский ученый построил деревянный струг без гвоздей и ходит на нем по Енисею

Деревянное судно «Такмак» начало десятый сезон походов по Енисею. Лодку спустили на воду в 2016 году. 30 и 31 мая команда в исторических костюмах прошла от Дивногорска до Красноярска, заночевав на острове Сосновый, где участники попали на ежегодный песенный фестиваль.

Строитель судна — красноярский биофизик Денис Рогозин. Он доктор биологических наук, заместитель директора по науке Института биофизики СО РАН и член Русского географического общества. Прикладной цели у проекта нет. Как объяснил сам Рогозин: «Ни зачем. Просто из любви к истории, к кораблям, к рукоделию. Просто захотел, и все, это хобби у меня такое. Старинные лодки сейчас строят многие, но у нас, в Красноярске, в Сибири, я один такой пока что».

У «Такмака» нет точного исторического прототипа. Чертежей таких лодок не сохранилось. Рогозин собирал образ из того, что было под рукой, — опубликованных эскизов и старых фотографий. «Существуют чертежи лодок, которые строили викинги, потому что есть археологические находки — в датских, норвежских болотах находили хорошо сохранившиеся суда. Я руководствовался этими чертежами, примерно основными размерами и пропорциями. Еще сохранились старые фотографии лодок, которые строились на Белом море, у поморов, — карбасы. На основе этого всего родился собирательный образ», — вспоминает Рогозин.

Размеры подбирали на глаз. Длина судна — около десяти метров. Мотора нет, ходят на веслах, парус используют как вспомогательный. Такие лодки были удобны первопроходцам из-за малой осадки и легкости на волоках, когда судно перетаскивают из реки в реку по каткам небольшой командой. В команде «Такмака» обычно семь-восемь человек. Самые дальние походы за десять лет — до Енисейска, их совершили дважды.

Лодка негерметична и постоянно подтекает — это норма для деревянных судов. Поэтому в каждом походе один из участников отвечает за отчерпывание воды. «Она немножко всегда подтекает на ходу. Поэтому, как правило, всегда нужно, чтобы один человек имел свободные руки и время от времени отчерпывал водичку ведерком за борт», — говорит автор судна. Чтобы предотвратить гниение, каждый год перед спуском на воду «Такмак» конопатят и промазывают смолой с дегтем.

Участник похода Андрей Петренко, научный сотрудник АНО «Археологическое исследование Сибири» и оружиевед, рассказал, что в судне нет современных материалов. «Там только дерево и медная заклепка, все, больше ничего нет. То есть ни гвоздей, ни саморезов там, ни клеев, ни лаков, ничего». Деготь, которым обрабатывают лодку, по его мнению, надежнее современного гудрона: «Деготь предохраняет от гниения очень сильно. У гудрона нет антисептических свойств».

Струг часто называют казачьим, но Петренко уточняет: это широко распространенное речное судно, на котором осваивали Сибирь далеко не только казаки. «Сибирь покоряли гораздо больше служивые московские. А казаки среди служивых были в том числе», — добавляет он.

Погода в походе была переменчивой. От Дивногорска до Соснового команда шла под дождем, под дождем же ставила лагерь. К воскресенью погода улучшилась. «Была прекрасная погода, великолепное солнце, наступило лето», — вспоминает Петренко.

Костюмы команды воссоздают облик XVII века — кафтаны и шапки той эпохи. С обувью у Петренко вышло отступление от исторической точности: «У меня тоже сапоги были реконструкторские, но я из резинок не вылезал, потому что их просто жалко было. Весь день в воде, и там на острове вода. А так все остальное вполне исторично».

В Русском географическом обществе главную цель походов видят в воссоздании истории русских географических открытий в Сибири, которые шли по рекам. Сам Рогозин объясняет проще — лодку он строил для себя, и пока в Сибири с таким хобби он один.

Андрей Петренко также занимается реконструкцией древнего оружия — от нефритовых топоров до тагарских боевых чеканов. Он испытывает копии, чтобы проверить, как ими пользовались тысячи лет назад.